Подпись: МОЛОДЫЕ ГОЛОСА

Р.В. Четвертков 1.

К постановке проблемы

СООТНОШЕНИЕ КОНЦЕПЦИЙ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ И УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

 

Кризис институтов обеспечения международной безопасности выражается в ослаблении роли таких организаций, как ООН, Совет Безопасности ООН и ОБСЕ и напрямую связан с процессом глобализации, с возникновением новой системы международных экономических и политических отношений. Но национальные интересы доминируют над общемировыми, глобальными. Так, в обнародованном Вашингтоном в октябре 1998 г. президентском документе "Стратегия национальной безопасности США для нового столетия" говорится: "Мы должны четко проявлять свою волю и способность к глобальному лидерству и оставаться главным партнером в деле обеспечения безопасности для целого ряда стран, разделяющих наши интересы. Лидерство Америки и ее вовлеченность в мировые дела имеют жизненно важное значение для нашей безопасности…».  Чистая окружающая среда и ограничения на эксплуатацию природных ресурсов необходимы "для защиты здоровья и благосостояния наших граждан, нашего процветания и нашей безопасности" [1] (курсив мой – Р.Ч.).

В Концепции национальной безопасности Российской Федерации таких категоричных заявлений мы не встретим. Эти интересы – их преобладание над мировыми - обусловлены жесткими условиями выживания в мировой рыночной экономике. Пока остаётся открытым вопрос: не подавит ли в будущем процесс глобализации  национальную экономику?).

Но с другой стороны, в современном мире существует и иная тенденция, которая, вступая в противоречие с вектором развития стран в процессе современной глобализации, предлагает свою альтернативу существования цивилизации в будущем – это Концепция  устойчивого развития.

Обсуждению этой концепции, её положительных и спорных моментов, уделено достаточно внимания как со стороны науки, так и со стороны других социальных институтов, чего нельзя сказать о проблеме безопасности. Практически единственной работой, рассматривающей как военные, так и невоенные аспекты безопасности с позиций фундаментальной науки является монография «Наука и безопасность России» [2], выполненная в рамках одноименного исследовательского проекта  сотрудниками  Института Истории Естествознания и Техники им. С.И.Вавилова в 2000 г.

Вначале  обратимся к экологическим аспектам Концепции национальной безопасности отдельно взятой страны, в нашем случае – России. Авторами  монограяии экологическая безопасность отнесена к высшей правовой категории национальных интересов РФ и выражается в «совокупности сбалансированных интересов личности, общества и государства», которые «носят долгосрочный характер и определяют основные цели, стратегические и текущие задачи внутренней и внешней политики государства». И далее: «Национальные интересы России в экологической сфере заключаются в сохранении и оздоровлении окружающей среды» [3] (добавим: окружающей среды РФ).

Мы видим несомненный приоритет национального начала, решение экологических проблем видится в улучшении состояния экономической, социальной, образовательной и других сфер деятельности нашего государства: «Угроза ухудшения экологической ситуации в стране… находится в прямой зависимости от состояния экономики…» (Там же). Подобный взгляд, безусловно, верный в современных условия, иного пока и не может быть, но он требует дальнейшего развития.

Известно, что экологическая проблематика перерастает рамки одного государства. Проблема трансграничных переносов и процентного «вклада» каждой отдельной страны в загрязнение окружающей среды актуальна не только для небольших по площади территории государств, таких как Венгрия, Люксембург, которые вообще отказываются платить какие-либо денежные средства на очистку атмосферы, поскольку соседняя Германия оказывает многократно большее воздействие в процессе загрязнения воздушной среды, но и для таких крупных государств, как Россия, Франция, США, Китай и другие.

Но концепции (доктрины) национальной безопасности как Российской Федерации, так и других стран, которые должны учитывать именно в экологической сфере обоюдную зависимость и ответственность межнационального воздействия на состояние окружающей среды, не развивают или не достаточно развивают это положение.

Вместе с тем в Концепции национальной безопасности РФ предусматривается необходимость иного подхода по сравнению с исключительно национальными интересами, как это постулируется в аналогичной доктрине США: «Объективно сохраняется общность интересов России и интересов других государств по многим проблемам международной безопасности, включая… решение острых экологических проблем глобального характера, в том числе проблемы обеспечения ядерной и радиационной безопасности» (Там же). Ухудшение экологической ситуации среди прочего видится и в «готовности общества осознать глобальность и важность этих проблем». Общества, но не государства! Значит осознавшее глобальность и важность этих проблем общество вправе влиять на экологическую политику государства с позиций глобальности этих проблем. Ответ за государством.

Очерченные выше проблемы могут быть разрешимы с позиций устойчивого развития. Но и в них можно найти свои недостатки. В большинстве работ понятие устойчивого развития связывают с экологической, социальной, экономической безопасностью и, реже – с такими проблемами, как образование, интеллектуальная собственность, военные аспекты безопасности. Если подобная трактовка обусловлена «всеохватностью» экологической проблематики (экология – идеальный эпитет для применения к различным сторонам человеческой деятельности), то она, по меньшей мере, некорректна.

Нарушается целостный подход к проблеме устойчивого развития человечества, наблюдается очевидный диссонанс в рассмотрении и потенциальной реализации на равном уровне некоторых его аспектов. В частности, умаляется информационная сторона обсуждаемой концепции, когда человечество, находясь в преддверии информационного общества, выводит информацию в число основных стратегических ресурсов.

Неизбежный в данном случае компромисс во взаимоотношениях развитых и развивающихся государств, предполагающий передачу последним определённых технологий, требует создания более качественных условий для положительного развития взаимоотношений со странами третьего мира.

К числу недостатков относятся также «соответствие» Рамочной конвенции ООН об изменении климата и Киотского протокола к ней Стратегии устойчивого развития, в качестве одного из основных своих положений предусматривающих продажу квот на выбросы "парниковых" газов и возможность их покупки одними странами у других.

Можно выявить также несоответствие в деятельности транснациональных корпораций (ТНК) положениям устойчивого развития (например, работы в заповедной части Северного Каспия по разведке и эксплуатации нефтегазовых ресурсов). Хотя в той же Повестке дня на XXI век подчеркнуто, что "деловые и промышленные круги, включая ТНК и представляющие их организации, должны в полной мере участвовать в осуществлении и оценке мероприятий, связанных с Повесткой дня на XXI век" [4]. Подобные несоответствия можно выделить и в социальной и в других сферах. В конечном итоге, можно говорить о несоответствии всех существующих экономических систем (систем потребления) требованиям устойчивого развития и самой возможности совместимости рыночных отношений и устойчивого развития.

При обобщении понятия устойчивого развития можно видеть, что оно вырабатывалось в целях обеспечения безопасности (в широком понимании этого слова) всей планеты, всех государств. Но такого понятия как «мировая безопасность» мы не встретим в научной литературе: безопасность воспринимается в принадлежности к определённому государству. Концепция устойчивого развития позволяет преодолеть это противоречие.

Но в современных условиях национальная безопасность, которая в идеале должна стремиться к соотношению с общемировыми ценностями, ещё сама полностью не исследована и не подвержена комплексному научному анализу (как развитие историко-научных представлений о безопасности, так и её современная трактовка). Проблема же единства общемировых ценностей представляется чрезвычайно трудно разрешимой, а в некоторых аспектах, особенно культурологических, как мне кажется – просто не разрешима.

Необходимость, если угодно, историческая неизбежность компромисса в соотношении национального и мирового должна послужить оптимальной альтернативой хаотической глобализации интернациональных процессов. Под хаотической глобализацией я понимаю несоответствие в деятельности транснациональных корпораций и правительств стран, когда последние часто не могут законодательно влиять на деятельность первых. Подобная глобализация, глобализация капитализма, как показывает работа Лиссабонской группы учёных [5], может привести к краху среднего класса, к возникновению новых форм бедности, вплоть до разрушения государств и, как следствие, к дестабилизации социальных отношений.

Но вернёмся к соотношению национальных и планетарных интересов, к соотношению представленных концепций. Перед нами вырисовывается следующая картина. Концепции (декларации) национальной безопасности стран мира, во многом отражающие интересы государств к  процессу глобализации, по своей стратегической направленности не соответствуют положительным моментам Концепции Устойчивого Развития, а намечающиеся косвенные взаимосвязи этих концепций не влияют на общую направленность в деятельности государств.

Таким образом, можно выявить уже внутреннее противоречие между положениями концепций национальной безопасности и устойчивого развития стран, декларировавших последнюю на конференции в Рио-де-Жанейро в 1992г. Сам же феномен современной глобализации, с его поддержкой рыночной экономики, общества потребления, безудержного использования природных ресурсов и загрязнения биосферы, предполагающий построение в будущем «нового мирового порядка», в корне не учитывает многие положительные моменты устойчивого развития.

Но обсуждаемая планетарная Концепция, претендующая на роль того проводника, который должен вывести цивилизацию из тьмы противоречий между деятельностью человека и сохранением биосферы, как уже говорилось выше, за десятилетие своего существования несколько дискредитировала себя.

Среди прочего, на это указывает и то обстоятельство, что в  России до настоящего времени отсутствует единая научно обоснованная, с точки зрения её фундаментальных интересов, позиция в отношении Концепции устойчивого развития и Повестки дня на ХХI в. И дискредитировала себя во многом благодаря тому, что не смогла ассимилироваться в круг национальных интересов различных государств. Но в этом не только её вина, вина её спорных моментов, во многом подобная ситуация обусловлена объективной неготовностью стран изменить свою экологическую политику.

В таких условиях интересы национальной безопасности в современном мире, когда всё более и более осознаётся опасность глобального, касающегося всего человечества кризиса, должны, преодолев свою объективную замкнутость, повернуться к общемировым интересам, к интересам биосферы нашей планеты. В этом контексте можно выразить одну из главных предпосылок идеи устойчивого развития человечества: переход от собственно экологической безопасности отдельного человека, народа и даже государства в целом к безопасности всей биосферы.

И в глобальном, и в национальном плане экологическая (и не только!) безопасность приобретает биосферный смысл. И роль устойчивого развития в этом процессе состоит в том, что он неизбежно в явной или неявной форме должен включать концепцию общемировой безопасности. Её нет, она ещё не разработана, но проблема её создания остро встаёт на повестку дня нового этапа устойчивого развития цивилизации XXI века.

Современный мир не един. Но человечество, как отмечал В.И.Вернадский, всё более стремится стать единым целым. В преддверии информационного века оно выступает одним из равноправных участников, как это ни странно прозвучит, международных отношений. Национальное же остаётся необходимым элементом устойчивого развития, особенно в области практики  природопользования.

Единый общемировой порядок  предполагает общемировое единство, которое осуществимо лишь в его понимании как необходимого важнейшего аспекта национального. Единство - в многообразии. Биосферный смысл безопасности выступает как своего рода каркас, образец, на основе которого все страны обязаны выстраивать свою собственную политику национальной безопасности.

Наша цивилизация ещё не пришла к пониманию приоритета мировых интересов над национальными, приоритета без какого-либо давления на национальную культуру. Такое понимание возможно, и возможно именно в сфере экологической проблематики. В других сферах – экономической, социальной, военной – это пока маловероятно.

В противном случае возможна одна из тех тупиковых моделей развития, которая основана на главенстве одной, но вовсе не единой «срединной власти», провозглашённой главным героем «Краткой повести об антихристе» Влоловьёва. “Вечный вселенский мир обеспечен. Отныне есть на земле одна срединная власть, которая сильнее всех прочих властей и порознь, и вместе взятых. Международное право имеет, наконец, не достававшую ему доселе санкцию. И отныне никакая держава не осмелиться сказать: война, когда я говорю: мир. Народы земли, мир вам!” [6]. 

И в этом, в общем красивом, - насколько красивым, настолько и опасным - утверждении, выражена именно та модель, в которой идеи устойчивого развития либо теряют смысл, либо эксплуатируются в интересах исключительно «срединной власти», «нового мирового порядка». В его рамках под флагом устойчивого развития могут навязываться идеи глобального наднационального управления, предполагающих существование особых "элит" (меньшинства), и "не включенной"  в них части социальной среды (остальной мир).  В этом случае содержание Концепции устойчивого развития  может перерасти в  угрозу национальному суверенитету стран, не включенных в "элиту" [4]. Поэтому удержание и утверждение национального, как необходимого аспекта существования цивилизации в будущем, при соотнесении его с идеями устойчивого развития имеет несомненный смысл.

Под другим вектором развития цивилизации будем понимать интеграцию идей устойчивого развития и концепции (декларации) безопасности каждой страны. Исключений быть не должно. Всем странам, подписавшимся в Рио-де-Жанейро, предстоит разработать принципиально новые взгляды на проблему обеспечения собственной национальной безопасности. Практически не требует доказательства то обстоятельство, что «национальная материя» очень уязвима.

Прежде всего следует провести обширную научную работу по сближению обсуждаемых концепций, уделить большее внимание международному научному обмену и роли международных организаций. Устойчивое развитие становится необходимым общемировым аспектом национальной безопасности каждой отдельной страны. Национальное не доминирует над общемировым и не умаляется, но то и другое становятся взаимно дополняемыми. Подобную ситуацию можно выразить следующим образом: высшая, планетарная категория тем самым как бы обретает плоть, наполняется конкретным содержанием и приземляется, чтобы спасти и возвысить «низшую», национальную.

Обе модели развития отражают современный и будущий наш мир, который всегда будет считаться с требованиями глобализации. Первая модель, назовём её рыночной (потребительской), стремится к обеспечению интересов отдельных государств, лишь в той или иной мере учитывая планетарные интересы. Каждое государство стремиться обеспечить благоприятные условия для своего существования  в новом столетии (в какой-то степени и своих союзников), что является своего рода выражением стремления к созданию однополюсного мира.

 

 
Идеи устойчивого развития в таких условиях могут широко эксплуатироваться лидерами «нового мирового порядка». Другая, планетарная или устойчивая модель не отрицая ни неизбежность процесса глобализации, ни сохранения целостности национальных интересов использует и то и другое в целях устойчивого развития. Попытаемся графически отобразить эти явления (рис. 1).

 


Рис.1. Состояние окружающей среды при переходе экономики на устойчивое развитие (А)  и при рыночной экономике (В).  Объемы  производства при рыночной (1) и при стабилизируемой  экономике (II).

Признавая  вероятными  оба сценария  развития экономики, представленных   на графике, можно ожидать, что при соблюдении первой модели развития, которая продолжает основываться на использовании рыночных потребительских отношений,  рост экономики будет незначительно превышать аналогичный рост по второй модели. Но состояние окружающей среды - запасы исчерпаемых природных ресурсов,  демографическая, продовольственная проблемы, сохранение биоразнообразия и так далее, - может ухудшиться вплоть до необратимых и катастрофических изменений.

 

 
Планетарная же модель при изначально низких показателях экономического роста через улучшение состояния окружающей природной среды придёт и к постепенному увеличению макро- и микроэкономических показателей. Увеличение последних может выразиться, в частности, в том, что гражданин или подданный, как в лице обслуживающего, так и управленческого персонала какого-либо государства будет смотреть на идеи устойчивого развития как на свои национальные интересы. Тогда эти идеи обретут новую жизненную силу и, вполне возможно, будут более действенными.

Кроме того, включение некоторых положений устойчивого развития человечества в концепцию (декларацию) национальной безопасности стран мира (возьмём пример России) поможет преодолеть неразвитость «законодательной основы природоохранной деятельности». В основном  путём усиления роли международного природоохранного права. А от природоохранного законодательства как нашей, так и других стран потребуется акцентирование национальной специфики в решении данной проблемы.

Если уже в свете вышеизложенного посмотреть на современное положение дел, то можно полагать, что первые шаги на пути к единству человечества уже сделаны.  Но общемировое единство должно достигаться при сохранении национальной специфики. Это главное условие устойчивого развития и прямое отражение природного разнообразия.

Целью же подобного единства можно определить пока ещё не оформленное движение к ноосфере – неизбежной вершине развития человечества, какой её определил В.И.Вернадский. В этом движении оттачивается и сама цель. Но первые осознанные шаги по пути этого движения стимулировались какой ценой? Одной из главных вех этого пути, несомненно, являются события 11 сентября сего года, потрясшие весь мир. Не вдаваясь в их причины и следствия, остановимся на очерченном стремлении к единству.

Приведённые мной два вектора развития человечества в процессе глобализации рассмотрим под углом зрения биосферно-ноосферной концепции.

Рыночно-потребительская модель (см. рис.1) в силу стихии рынка не предполагает выход цивилизации из системного кризиса. Включение рыночных механимзов в работу всех структур управления дискредитирует саму идею вхождения в ноосферу. Возможность отказа от стихийного развития и переход  на управление с позиций новой планетарной парадигмы знания создаст предпосылки перехода к  устойчивому развитию. Хотя  в любом случае такой переход отодвигается на неопределённое время в будущее.

Согласно нашим представлениям обе модели развития  пусть и в разное время, но будут вынуждены обращаться к идее устойчивого развития, к ноосферному единству человечества. Естественно, разумным является переход каждого государства на планетарную (устойчивую) модель развития (что, впрочем, мы уже можем видеть в современном мире), но с той поправкой, которая обеспечивает синтез этих идей и идеи безопасности как для всего процесса развития цивилизации, так и по отношению к каждой стране, народу, культуре.

Такой синтез является важнейшим основанием перехода человечества к ноосфере    стадии развития биосферы и человеческой цивилизации, охватывающей социальные и природные явления в их целостности, в их единстве и противоречиях.  Такой синтез определяется социально-природной деятельностью человека, его трудом и знаниями, то есть тем, что относится к космопланетарному измерению человека. Хотя ноосфера есть ещё достаточно дисгармоничная, находящаяся в состоянии становления реальность, но вместе с тем она есть и высший идеал этого становления [7].

Теперь от науки ждут не только этого синтеза, но и включения, его результатов в эмпирическую область. И саммит в Йоханнесбурге, надо надеяться, позволит преодолеть губительный параллелизм разработок концепций, стратегий и программ национальной безопасности и устойчивого развития, с тем, чтобы выйти на более качественный уровень их взаимодействия, взаимосвязи, и взаиморазвития.

       Литература.

1. Стратегия национальной безопасности США для нового столетия – НГ сценарии, 1999. С.2.

2. Наука и безопасность России. Отв. ред. А.Г.Назаров. Авторск. колл.: Д.В.Амосов, Вл.П.Визгин, С.Ю.Глазьев, В.С.Мясников, А.Г.Назаров, В.М.Орел, А.В.Постников и др. – М.: Наука, 2000. 599 с.

3. Концепция национальной безопасности РФ // СЗ РФ. 2000. №2.

4. А.Н.Грешневиков, М.Я.Лемешев  Подоплёка устойчивого развития. Почему Россия не должна слепо полагаться на рекомендации международных организаций. Независимая газета. №100 (2162). 2 июня 2000 г. С.1.

5. Лавров С.Б. Реалии глобализации, миражи устойчивого развития // Изд. Русского Географического общества. - 1999. - Т. 131, вып. 3. - С. 3.

6. Соловьёв В. Краткая повесть об антихристе.   

7. Концепции современного естествознания. Авт. Колл. под ред. С.И.Самыгина Ростов н/Д: Феникс, 2000. С.538.

 



1 Четвертков Р.В. – аспирант ИИЕТ РАН им. С.И.Вавилова.