А.А.Овсейцев

 

О ТВОРЧЕСТВЕ

(По Ильенкову)

 

Тезис 1

Творчество – это феномен социальной действительности, который органически вплетается в структуру деятельности на всех его уровнях проявления (индивидуума, коллектива, общественного организма).

В широком смысле категорию творчество распространяют и на природу в целом, которая “творит” все разнообразие форм бытия на “сущем его основании”. Это основание  нами осмысливается и приобретает смысловую окраску нашего бытия  соответственно и смысл нашей творческой активности, т.е. развитие нашей мыследеятельности в процессе взаимодействия с окружающей нас средой. Эта окружающая среда всегда перед нами встает в виде “стены неопределенности”, внутри которой нам и приходится самоопределяться, если мы не хотим “раствориться в молекулярном хаосе материи”, что нами определяется таким понятием как смерть.

Весь мотив нашей творческой активности направлен на преодоление неопределенности и создание интеллектуальной среды, направленной на сохранение и развитие жизни как альтернативы смерти. Именно вся наша творческая активность направлена на создание иллюзии “вечной жизни” семьи, общества, человечества  в противовес неотвратимости индивидуальной смерти.

В центре внимания всякого творчества стоит жизнь, “задним планом”, мотивирующим подсознательным основанием (смыслом) которого является смерть.

Реальность жизни и смерти лежит как в поле зрения науки, так и в поле зрения искусства (эстетики). Искусство творить жизнь – это функция науки, абстрагирующаяся от чувства страха и благодушия, что и превращает ее в активное средство всякого творчества осуществляемого “здоровым  социальным телом”  человечества.

Именно на “стыке” двух крайних  понятий, как жизнь и смерть  стоит такое понятие как здоровье.

Родившись (отчуждаясь от плоти матери)  и сразу же попадая в “среду социального обитания”, мы уже начинаем “умирать”, впитывая в себя все негативы и позитивы социальной культуры. Вот здесь то и начинается стремление к сохранению своего здоровья, чтобы отдалить, тем самым, границу неизбежной смерти.

Это стремление, конечно, требует определенного интеллектуально-творческого напряжения. Необходимость творческой активности возникает практически перед каждым индивидуумом. В социальной среде со всей ее неопределенностью вести активную работу по сохранению собственного здоровья в одиночку не имеет смысла.

Вот здесь и возникает потребность в отработке коллективной формы со-творчества в направлении сохранения творческого здоровья и сохранения жизни на всех уровнях социума, преодолевая реальность смерти.

Тезис 2[1]

Творчество – в прямом (в широком) смысле – есть созидание нового. В таком значении это слово могло быть применено ко всем процессам органической и неорганической жизни, ибо жизнь – ряд непрерывных изменений и все обновляющееся и все зарождающееся в природе есть продукт творческих сил.

Но понятие творчества предполагает личное начало и соответствующее ему слово употребляется по преимуществу в применении к деятельности человека. В этом общепринятом (узком) смысле творчество – условный термин для обозначения психического акта, выражающегося в воплощении, воспроизведении или комбинации данных нашего сознания, в (относительно) новой форме, в области отвлеченной мысли, художественной и практической деятельности (творчество научное,  поэтическое, музыкальное,  в изобразительных искусствах,  административное, стратегическое и т.п.

Л.Н.Ланда отмечал[2], что творчество заключено не в той деятельности, каждое звено которой полностью регламентировано заранее данными правилами, а в той, предварительная регламентация которой содержит в себе известную степень неопределенности в деятельности, приносящей новую информацию, предполагающей самоорганизацию. “Творчество есть жизнь, а жизнь есть творчество” (Ф.Энгельс).

Донаучное мировоззрение различало причины “творений”, возникающих в природе, и искусственно создаваемых людьми. Современная наука показала, что эти “творения” в общей форме тождественны., так как в первом и втором случаях результаты творчества есть следствия взаимодействия материальных реальностей. Творчество природы и творчество человека лишь разные сферы творчества, имеющие общие генетические корни.

Творчество – необходимое условие развития материи, образования ее новых форм, вместе с возникновением которых меняются и сами формы творчества. Творчество человека лишь одна из таких форм.

Тезис 3

Чем отличается творчество человека как особая форма деятельности “живой материи” от всех ее других форм? Известно, что иногда в наше поле зрение попадают биологические существа, рожденные человеком, но не имеющие никаких признаков человеческой психики, речи, ни примитивных действий, ни целесообразного поведения. Причиной такого состояния является – слепоглухота с момента рождения. Существо это неподвижно и напоминает некое растение, которое живет лишь до тех пор, пока сохраняет непосредственный контакт с пищей и водой, и погибает, не издав ни звука, если его забыли  напоить-накормить.

В условиях слепоглухоты быстро деградируют и полностью исчезают предпосылки человеческой психики. Мозг так и останется лишь органом управления процессами, протекающими внутри тела этого обездоленного существа, т.е. теми процессами, которые проходят и у каждого нормального человека без участия психики. Слепоглухота полностью отключает мозг от общения с миром человеческой культуры.

Биологические науки здесь ничем помочь уже не могут. На помощь преодоления этой трагической ситуации приходит лишь психология, которая рассматривает мозг как материальный орган психической деятельности. Психическая же деятельность никак “от природы” в мозг не встроена. Она - процесс, возникающий лишь в жизнедеятельности в условиях исторически развитой культуры (эко-культуры).

Только в ходе этого процесса получает свое развитие специфически человеческие психологические функции – сознание, воля, интеллект, воображение, способность понимать речь и говорить, способность “самосознания” и, самое главное, творческая активность.

Нижный этаж психики, который находится в сфере зоопсихологии, – это поисково-ориентировочная деятельность животных: поиск пищи, воды, где траектория движения согласуется с формами и пространственное расположение внешних тел, сих геометрией. Здесь потребность (нужда) в пище врожденная, а  потребность (и способность) осуществлять поиск пищи – это очень сложная, прижизненно формируемая деятельность.

И в ней – вся тайна “души”, психики вообще. Только в этом случае начинает формироваться образ, субъективная копия форм тела вместе с образом пространства вообще. В данном случае мы имеем инвариантную основу психики и человека, и животного.

Что касается специфики человеческой психики, то она “сама собой” у индивида возникнуть не может. Чтобы на базе сформировавшейся психики, построить сложное здание специфически человеческой психики, сформировать сознание, волю, интеллект, воображение, самосознание, а в итоге – человеческую личность, нужно четко представлять специфику человеческой психики[3].

Тезис 4

Когда человек начинает активно приспосабливать природу к себе, к своим потребностям и требованиям, то он начинает осуществлять трудовую деятельность. Именно труд и начинает его превращать в человека при этом преобразуя не только внешнюю природу, но и органическую природу самого человека.

Эти новые потребности в процессе труда возникают не в организме индивида, а в организме “рода человеческого”, т.е. в организме общественного производства человеческой жизни, в лоне совокупности общественных отношений, завязывающихся между людьми в процессе этого производства, в ходе совместно-разделенной деятельности индивидов, создающих материальное тело человеческой культуры, в том числе, на ее базе, и  духовной культуры.

Специфически человеческие потребности и способы их удовлетворения в генах индивида никак не записываются и через гены не наследуются. Индивид усваивает их в ходе своего человеческого становления, т.е. через процесс воспитания, понимаемый в самом широком смысле.

Специфически человеческая психика со всеми ее уникальными особенностями и возникает (а не “пробуждается”) только как функция специфически человеческой жизнедеятельности, т.е. деятельности, созидающий мир культуры, мир вещей, созданных и создаваемых человеком для человека.

Разум (“дух”) фиксируется  не в генах, не в биологически заданной морфологии  тела и мозга индивида, а только в продуктах труда и потому индивидуально воспроизводится лишь через процесс активного присвоения вещей, созданных человеком для человека (одновременно с этим и через усвоение способности этими вещами по-человечески пользоваться и распоряжаться, как залог развития способности к творчеству).

Тезис 5

В своем духовном развитии каждый человек как бы повторяет, “воспроизводит” процесс духовного развития человечества – точно так же как в своем физическом развитии он успевает за девять месяцев своего утробного существования пробежать весь путь эволюции органической жизни (“живой материи”) на Земле – от одноклеточного организма до младенца-человека.

Родившейся человек в своем духовном развитии за время своей учебы должен пройти и впитать в себя  весь путь общечеловеческой культуры. Однако в данном случае он часто застревает на какой-то ее стадии, пройденной уже человечеством. С чем нам сегодня и приходится сталкиваться.

Причиной тому является то, что педагогический процесс в структуре общественных отношений еще не отлажен так же хорошо, как процесс биологического созревания.  В педагогике еще не сложился “естественный” процесс формирования “духовных органов”, так как приоритетом в педагогике является стремление формировать сразу же “высшие” этажи духовной организации, не создав еще прочного фундамента элементарных способностей. После этого в жизни и приходится сталкиваться с результатами “интеллектуальной патологии”, которая требует соответствующей формы “лечения”. “Насилие знаниями” в условиях, когда у него еще не сформировались органы  “духовного пищеварения”, остается лишь один путь – это “зубрежка”. При такой педагогике в ходе “усвоения знания” формируется “произвольная память”, но процесс формирования ума, мышления, способности самостоятельного суждения, т.е. тех процессов, которые все эти знания произвели на творческой основе ранее.

Тезис 6

Человек, приученный к догматическому мышлению, к абсолютизации абстрактных формул, обречен на постоянные столкновения с противоречиями жизни. Наука с ее абстрактными формулами и правилами становится для него предметом слепого поклонения, а жизнь – сплошным поводом для истерик. Поставленный перед необходимостью самостоятельно разрешать противоречия между абстрактно верной истиной и конкретной полнотой жизни, но не имеющий навыка разрешения, он  начинает метаться между тем и другим.

Так он жертвует научными истинами ради “правды жизни”, и, наоборот, начинает обижаться на жизнь, за то, что она не хочет развиваться “по науке” (по заученным схемам), а затем начинает пренебрегать реальной сложностью и противоречивостью жизни и закрывать глаза на факты, которые не вписываются в заученную схему. Речь в данном случае идет о догматизме, который со временем перерастает в бесплодный скептицизм.

Скептик – это бывший, разочаровавшийся догматик.

Воспитание догматика заключается в том, что ему предлагают  для заучивания горы готовых истин – формул, законов, правил и алгоритмов – и одновременно приучают смотреть на окружающий мир как на факты и примеры, эти истины подтверждающие. Догматик  привыкает замечать вокруг себя только такие факты, которые иллюстрируют правильность выученного, а на остальное он не обращает внимание. Прежде всего он абстрагируется от противоречий.

На самом же деле “чистые” истины были получены как ТВОРЧЕСКОЕ разрешение противоречий. Этого (ранее осуществленного) творческого процесса в сфере науки догматик и не видит и не знает. Он их заучивает.

Догматик не знает, каким образом один мир “превращается” в другой, каким образом из гущи жизни, из брожения “вещей в себе” образуются истинные знания, на основе какой “технологии творчества” и сотворчества.

Скептик перестает быть скептиком только тогда, когда, когда ему удается объяснить и понять, почему один и тот же предмет одному догматику представляется так, а другому – прямо наоборот. Он видит, что спор между двумя догматиками бесплоден, так как  они оба пользуются  недиалектическим способом осмысления вещи. В этой ситуации не может быть даже намека на некий процесс сотворчества.

Тезис 7

Диалектическое мышление – третья, высшая по сравнению с догматизмом и скептицизмом стадия развития ума и человечества (в том числе и отдельного человека).

Догматизм и скептицизм – это не “составные части” реального живого ума. Они возникают лишь в традиционных условиях воспитания и образования, когда мысль обучающегося распадается на эти составные части. Из сочетания догматизма и скептицизма не получишь живого, творчески активного ума, так как и в том и другом нет главного его компонента – умения самостоятельно видеть и осмысливать реальную жизнь, реальную действительность во всем ее разнообразии, в ее собственных  (а не придуманных противоречиях, противоположностях и контрастах, во всей ее конкретности.



[1] (Из статьи  Ф. Батюшкова  (1901) “Творчество” из Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона).

[2] (Л.Н.Ланда. О соотношении алгоритмических и эвристических процессов.  “Проблемы научного и технического творчества. Материалы к симпозиуму.  М. 1967).

[3] (Э.В.Ильенков. Откуда берется ум. В кн. “Философия и культура”. 1991).