А.Г. НАЗАРОВ. Институт истории естествознания и техники им. С.И. Вавилова РАН[1]

НООСФЕРНАЯ КОНЦЕПЦИЯ В.И. ВЕРНАДСКОГО:

К ИТОГАМ ИВАНОВСКОГО ДВАДЦАТИЛЕТИЯ

Минуло 20 лет с майских дней с 1983 года, когда стараниями ивановского профессора-философа Николая Павловича Антонова, при поддержке тогдашнего ректора Ивановского государственного университета В.Н. Латышева и немногочисленных энтузиастов из Философского общества и Группы, позже Комиссии  по изучению научного наследия В.И. Вернадского АН СССР была проведена первая ивановская конференция, посвященная 120-летнему юбилею ученого.

По существу это была первая ноосферная  конференция, и в этом качестве она стала центром духовного и интеллектуального притяжения многих думающих людей России, не безразличных к судьбам своего Отечества.  Лучшее тому свидетельство становившаяся в истекшем двадцатилетии традиция регулярного проведения ивановских научно-образовательных конференций. И хотя до 1983г. в нашей стране после 100-летнего юбилея В.И. Вернадского (1963 г.) начались интенсивные исследования в области биосферно-ноосферной проблематики. В них принимали участие многие крупные ученые, естествоиспытатели, гуманитарии, представители художественной интеллигенции, эти исследования проводились отдельными учеными или изолированными их группами, в большинстве своем не связанными или мало связанными друг с другом и с другими регионами.

Ивановская конференция 1983 года впервые положила начало широкому творческому обсуждению ноосферной концепции В.И. Вернадского и возможной применимости ноосферной методологии в образовательном процессе.

И мы можем сегодня, как рядовые участники, подвести некоторые итоги уходящего ивановского двадцатилетия. Итоги положительные, приличествующие юбилею, и итоги тревожные, обязывающие нас задумываться о направлениях нашей дальнейшей деятельности, о смысле и судьбах ноосферного видения мира.

Главный итог очевиден: за двадцать лет ноосферная концепция наполнилась значительно большим научным содержанием, чем было раньше; основания концепции подвергнуты философскому анализу и осмыслению. Выявлен ряд ее сущностных черт, введены в систему философствования, заложенные Н.П. Антоновым сферная и субъектная (субъективная) составляющие ноосферного процесса. Предпринята интересная попытка философского истолкования понятия “ноосферная реальность” (Г.С. Смирнов, ИвГУ). Предприняты попытки теоретического обоснования и практического воплощения идеи ноосферного образования.

В Иваново сформировался активно действующий центр ноосферных исследований. Есть и другие положительные итоги энергичной ивановской деятельности. В конечном счете, она двадцать лет поддерживала неугасающий интерес к ноосферной проблематике. Поэтому не будет преувеличением сказать, что используемый мной метафорический образ “ивановского двадцатилетия” является собирательным образом крупного историко-научного этапа, пройденного российской “ноосферной” наукой. И это не только в ивановском, но и в других территориальных научных центрах России. И если мы переходим далее к “тревожным” итогам, то делаем это не для того, чтобы как-то принизить  итоги положительные, созидательные в развитии ноосферной концепции в России, но для того, чтобы понять, и, по возможности, глубже осмыслить состояние исследований в области биосферно-ноосферной проблематики, обозначить ее “болевые точки”.

Особенностью ивановских форумов в рассматриваемом двадцатилетии 1983-2003гг. является исключительно философский подход к рассмотрению собственно ноосферных и связанных с ними педагогических, образовательных и управленческих проблем. То же характерно и для большинства других ноосферных исследований и ноосферных форумов.

На пути философского рассмотрения ноосферной концепции получен ряд важных обобщений; процессом философствования охвачены существенные стороны формирования ноосферной реальности, в него вовлечены крупные творческие силы. Но достаточно ли только философских усилий для раскрытия и дальнейшего развития ноосферной концепции В.И. Вернадского?

Мне кажется, что нет. Тревожным итогом ивановского двадцатилетия является несомненный факт резкого ослабления анализа общего учения  В.И. Вернадского о биосфере и его концепции. И это лишь частично можно отнести за счет неизбежной смены поколений, ухода из жизни на пространстве бывшего СССР и современной России ряда крупных ученых-естествоиспытателей - А.Л. Яншина, В.А. Ковды, К.П. Флоренского, М.И. Будыко, М.М. Камшилова, В.В. Ковальского, А.П. Виноградова, А.Н. Тюрюканова, Ф.Я. Шипунова и многих других.

Каждая утрата оказывалась невосполнимой не только в силу масштаба дарования каждого из ушедших крупных естествоиспытателей, но и по причине длительности процесса освоения биосферных знаний, их комплексности, сложности и объемности. Усвоение и научный синтез больших объемов информации по разным отраслям естествознания, по-видимому, возможен лишь в зрелом периоде и к концу жизни ученого, что и наблюдается в действительности.

И только после глубокого усвоения основных знаний о биосфере -  об ее структуре, границах и возможных пределах распространения Жизни, основных функциях биосферы и принципах ее организованности как космического планетарного образования, можно переходить к научному изучению воздействий человечества на  биосферу. Воздействий влияния научной мысли, труда и нравственной силы разума, то есть  собственно ноосферных процессов, ноосферогенеза.

Это  - работа поколений. На место ушедших должны заступать молодые исследователи, имеющие склонность и вкус к синтетическим биосферно-ноосферным исследованиям. И они должны получить начальную, “стартовую” подготовку к такой деятельности.

Еще одним неоспоримым тревожным фактом минувшего двадцатилетия служит осознание практической невозможности подготовки молодых специалистов-биосферологов и ноосферологов в современных условиях нашего быта, в образовательной системе, ориентированной на аналитическое усвоение отрывочных сведений из отдельных дисциплин естествознания, но не на их биосферный, а тем более ноосферный синтез.

Иная картина наблюдается в философских и других областях гуманитарных знаний, и в технических областях. Освобожденные от оков марксистко-ленинской философии, старшие и средние поколения современных философов прочно осваивают рынок философствования на ниве ноосферной концепции и ее современного околонаучного суррогата-концепции “устойчивого развития”. Вне зависимости от былых идеологических установок, хорошая профессиональная подготовка советских философов и их относительно большое количество в России способствовали относительно быстрому и плодотворному философскому анализу ряда глубинных оснований ноосферной концепции, ее выходу из глубокой периферии на передний край научного знания. 

Это несомненная историческая заслуга российских философов вообще и особенно ивановской школы философов, долгие годы возглавлявшейся проф. Н.П. Антоновым (И.В. Дмитриевская, А.Н.Портнов, Г.С. Смирнов и др.).

К сожалению, вместе с интенсивным поступательным развитием ноосферных исследований - организацией ивановских ноосферно-образовательных конференций, публикацией их материалов, широким вовлечением в орбиту ноосферного движения научной общественности все большего числа российских регионов и столичных городов, разработкой программ ноосферного образования и их постановки в действующих учебных заведениях - наряду с этими созидательными процессами начинают проявляться и процессы девальвации смыслового содержания ноосферной концепции.

Философская мысль все более отдаляется от естественнонаучной базы ноосферогенеза-общего учения В.И. Вернадского о биосфере. Тем самым утрачивается прочная фактологическая основа ноосферного философствования до такого его крайнего выражения, когда биосфера как неустранимый фундамент будущего ее перехода в ноосферное состояние элиминируется за ненадобностью.

Создается впечатление, что многим философам (если не большинству), работающим в области ноосферной проблематики, оказываются не нужными выверенные, добытые тяжелейшим многолетним трудом историко-научные факты и даже элементарные биографические сведения из жизни творцов ноосферной концепции. Иначе как объяснить хлынувшие потоком на страницы “ноосферных исследований” грубейшие искажения истории становления самой сути ноосферных представлений В.И. Вернадского?

Откуда берутся и на какой научной базе основаны сентенции о биосфере как благостном  “царстве разума”, земле обетованной, куда должно устремляться человечество? Почему “ноосфера” есть конечная стадия развития биосферы? Что же будет потом в судьбе человечества - “конец истории” по  Фрэнсису Фукуяме?

На каком основании Н.Ф. Федоров или В.С. Соловьев объявляются “предшественниками” В.И. Вернадского в разработке “теории ноосферы” (что отрицал сам Вернадский), и где можно ознакомится с этой “теорией”?

Каким образом В.И. Вернадский мог “развивать идеи Пьера Тейяра (де Шардена)”, своего младшего современника, будучи старше его на 20 лет, и нигде не читавшего его “ноосферные” работы? Работы, которые реально не существовали: Ватиканом на все  теолого-философские работы П. Тейяра был наложен пожизненный запрет, а книга “Феномен человека” вышла в свет спустя 10 лет после кончины В.И. Вернадского.

Почему В.И. Вернадский с его ноосферной концепцией включается в число “ярких представителей русского космизма”, если это не подтверждается фактами? Какое отношение к научному анализу ноосферной концепции имеют “соборность” или так называемая “русская идея”?

Вопросы можно продолжить. Здесь приведены взятые из конкретных работ некоторые немногочисленные (из весьма многочисленных) несуразности, смысловые и фактологические искажения, домыслы и несоответствия биосферно-ноосферному учению В.И.Вернадского, чей 140-летний юбилей мы сегодня отмечаем.

Ситуация в изучении ноосферной проблематики сегодня такова, что нет однозначных ответов на самые острые вопросы, связанных с понятием ноосферы. Попытаемся выделить некоторые из них, и на основе своего 40-летнего, с 1963 года, соприкосновения с творческим наследием В.И. Вернадского, исследования его научных и личностных пластов, архивных источников и дать собственное представление об узловых моментах становления и развития ноосферной концепции.

Конечно, автор осознает субъективность таких собственных представлений. Но итоги ивановского двадцатилетия убеждают в том, что в рассматриваемой проблеме еще не пришло время консенсусного “мы”. И не уничтожимое “я” еще долго будет служить основным источником и мощным движителем исследовательской мысли в познании развертывающейся ноосферной реальности. В то же время, изложенные ниже в тезисной форме итоговые размышления личностны лишь отчасти, а потому и не вполне субъективны. Они с неизбежностью вбирают в себя многолетний коллективный опыт историко-научного изучения наследия В.И. Вернадского и биосферно-ноосферной концепции теми научными сотрудниками Института истории естествознания и техники им. С.В. Вавилова РАН и ряда других академических организаций (Архив РАН, ГЕОХИ РАН, Научный Совет по разработке научного наследия В.И. Вернадского РАН, Отделение биосферы РАЕН и др.), для которых указанные исследования являются основой их научной профессиональной деятельности.

1. Автором ноосферной концепции является В.И. Вернадский. Еще в ранний, добиосферный период своей научной деятельности (1884-1893 гг.) ученый в письмах к жене высказывал мысли об усилении сознания в развитии Земли, о напряженности сознания, которым может оцениваться та или иная историческая эпоха. Первые итоги воздействия человека на природные процессы отражены В.И. Вернадским в специальных разделах, заключающих выпуски его “Описательной минералогии” и, особенно, “Истории минералов в земной коре” (1889-1920 гг.), позже - в “Истории природных вод” (1920-1930 гг.). Первое полное целостное по существу, ноосферное представление о развертывании человеческой мысли во времени и пространстве, как деятельного начала в истории планеты дано в работе “О научном мировоззрении” (1902 г., см. список трудов, в конце статьи).

К 1916 году, году издания “Живого вещества” наметился переход к биосферно-биогеохимическому познанию мира. В.И. Вернадским уже был накоплен колоссальный фактический материал о направлениях человеческой деятельности и проявлению научной мысли в биосфере. Он составил фактологическую базу по истории химических элементов (геохимии)  и в 1918-1922 гг. прочитал цикл лекций в Киеве, Симферополе (Таврический университет), Москве и Петрограде. Часть лекций издана (1994 г.), большинство находится в Архиве РАН, часть рукописей утеряна в ходе Гражданской войны, или в последующие годы.

Материалы петроградско-таврических лекций послужили основным научным багажом Вернадского для чтения его лекций по геохимии в Сорбонне (1923-24гг.), изданных в книге “Геохимия” (1924 г.). В них впервые было дано развернутое представление о деятельности человека в ходе научно-технического прогресса, и о резком возрастании темпов этого процесса в истории развития цивилизованного человечества от родо-племенного уклада до первой трети двадцатого века.

Слушатели лекций В.И. Вернадского, геолог, антрополог, христианский миссионер П. Тейяр (де Шарден) и математик и теолог Э. Леруа творчески использовали идеи В.И. Вернадского о биосфере и спустя 3-5 лет после лекций Вернадского и личного с ним общения (1925 г. - неопубликованные рукописные материалы П. Тейяра, 1927-1928 гг. - книги Э. Леруа “Потребность идеализма и факт эволюции” и “Происхождение человека и эволюция разума” (переиздано в 1931 г.). В них уважительно говорится о роли заимствованных ими идей В.И. Вернадского о биосфере и о ее изменении под влиянием человека.

2. Авторами термина (слова) и понятия “ноосфера” являются П. Тейяр и Э. Леруа. Связь этого понятия с идеями В.И. Вернадского несомненна, так же как и несомненна попытка их творческого углубления понятия Вернадского “биосфера” с позиций определения в ней места и роли человека и человечества “как нового порядка реальности”.

Ноосфера определяется как продолжение биосферы, где человек вписывается во всеобщую историю жизни, не увеча ее и не дезорганизуя, не отрываясь от ее почвы, “создавая некую человеческую сферу, сферу  рефлексий свободного и сознательного изобретения, сферу мысли как таковой: короче говоря, сферу духа или ноосферу". А затем, по мысли авторов, “у истока этого великого нового единства (биосферы и ноосферы - А.Н.) следует поставить феномен жизненной трансформации, воздействующей на всю биосферу в совокупности: гоминизацию" (“очеловечивание” жизни и природы - А.Н.). С моей точки зрения, понятие ноосферы в формулировке Э. Леруа (и П. Тейяра) - глубокое и емкое. Научно развить его в дальнейшем не смогли ни сами авторы, ни В.И. Вернадский. Не успел или уже не мог.

Принципиально новыми  созвучными  идеям В.И. Вернадского, были два прозрения французских ученых и теологов.

 Первое состоит в самой идее ноосферы: развивающаяся стихийно биосфера не может “осознать себя”, понять закономерности своего развития. Для этого и нужен “человеческий разум, который является детищем ноосферы… и мы можем с чистой совестью понять биосферу через ноосферу” (см. [41, с. 122]).

Второе важное заключение-прозрение в будущее состоит в том, что “усилием человеческого ума и созидательной воли человека ноосфера мало-помалу обособляется от биосферы и становится все более независимой от нее, что происходит со стремительным ускорением (мысль В.И. Вернадского! - А.Н.), и с множеством усиливающихся последствий” (там же).

К сожалению, идея ноосферы как “нового порядка реальности” и “нового великого единства” с биосферой, как ее продолжение, неотрывно связанное с ней корнями, претерпела существенную трансформацию в поздних работах П. Тейяра, главным образом, в его “Феномене человека” (1955 г.).

Э. Леруа после 1931 года к проблеме ноосферы больше не возвращался. Толкование ноосферы полностью утратило научное содержание. Оно приняло эзотерический смысл: сферы духа и человеческого сознания, полностью оторванной от питающей ее биосферы и устремившейся в просторы Космоса, чтобы слиться после земной катастрофы в “точке Омега”, в животворящем Боге, в едином космическом Сознании и в  великом нераздельном чувстве Любви…

Отсюда можно сделать единственно возможный вывод: научной концепции ноосферы, кроме намеченной В.И. Вернадским в его научном творчестве и изложенной им в последние годы жизни, реально не существует, и она не имеет прямых предшественников.

3. Понятие ноосферы как некоторой конечной, завершающей эпохи или стадии развития биосферы, ее эволюции, не содержится ни в первоначальном определении термина и понятия “ноосфера” Э. Леруа и П. Тейяра, ни в научном творчестве В.И. Вернадского с его идеей вечности и космичности жизни без начала и конца.

Представление о ноосфере как конечной стадии (эпохе) биосферы Земли, вызывающее неприятие ноосферной концепции в целом, не выдерживает научной критики, противоречит смыслу учения В.И. Вернадского о биосфере и в научных ноосферных исследованиях должно быть отброшено.

4. Написанные В.И. Вернадским в последние годы жизни, в годы войны, в возрасте около и более 80 лет работы, посвященные ноосфере и ноосферной концепции, требуют определенной исторической корректировки. В них заключены противоречия в толковании смысла ноосферы, смещены исторические этапы ее становления и в неявной форме введены представления о некоторой конечной или близкой к ней геологической стадии развития биосферы, отвечающей ноосфере (ср. “поколение моей внучки будет жить при ноосфере”).

Из контекста этих работ и высказываний В.И. Вернадского следует, что здесь речь может идти лишь о процессах научного управления воздействия человека на биосферу, в противовес стихийным неуправляемым процессам ее изменения в результате хозяйственной деятельности. По-видимому, большую содержательную ценность имеют указанные выше более ранние работы ученого, включая “Научную мысль как планетное явление”, которые раскрывают контуры ноосферной методологии.

5. Распространенное в современных работах, особенно - в философских, представление о ноосфере как “царстве разума”, о достижении человечеством всеобщей гармонии, не отвечает исходным понятиям творца ноосферной идеи и его представлениям о результатах человеческой деятельности (“Очерки геохимии” и другие биогеохимические работы). Ученый указывал, что “добро и зло есть такое же создание ноосферы, как и все другое”. Изучение “зла” и опасностей ноосферы с позиций их выявления, смягчения и возможного преодоления должно стать необходимым направлением естественнонаучных, историко-научных, технологических и философских исследований ноосферной проблематики.

6. С нашей точки зрения, в научном языке наиболее предпочтительным является понятие “ноосферная реальность” [37-45, 48-54]. Оно более правильно отражает смысл исходного понятия ноосферы как “нового порядка реальности” и как “нового великого единства” биосферы и ноосферы, - человеческой сферы, включенной в строй и порядок биосферы. Ноосферная реальность не несет в себе ложного финалистского настроя “эпохи ноосферы” и она далека от “конца истории”.

С позиции космического принципа единства человека, биосферы и мироздания ноосферная реальность есть бесконечный процесс построения новых форм единства человека и новых форм ноосферной организованности в условиях быстрого изменения искусственной техногенной и социокультурной среды и разрушения сложившихся форм единства, включающих вероятное освоение планетных систем Космоса.

В указанной трактовке ноосферной реальности понятие ноосферы как “стадии эволюции биосферы” утрачивает смысл, так же как и возможность прогностического предвидения ноосферного (вообще юбого) будущего. Это тонко чувствовал и понимал М.М.Пришвин, считавший, что назначение человека - не пытаться управлять своей жизнью “линейным” разумом, а согласовать себя со всем космическим процессом: “… наше назначение - не определять вперед от себя… , а согласовать себя со всем… стать в ряды и вертеться со всем миром (см. [59, том 8, с. 17-21]).

7. В ноосферной концепции, кроме отмеченных нами многих фактологических недоработок, небрежного отношения к первоисточникам и других, в принципе устранимых, небрежений, содержится ряд проблем, не нашедших или не находящих научного разрешения. Для многих из них еще не создано научного языка и методологии исследований; некоторые лежат на границе научного знания, нередко выходя за его пределы.

Что такое “ноосферные знания”? Можно ли говорить о “ноосферном образовании”, если не определена сама категория “ноосферных знаний”, способы их получения, воспроизводства, распространения. Способна ли одна лишь наука в принципе описать такие сложнейшие амые сложные в Мироздании - системы как биосфера и создающаяся на наших глазах переходная биосферно-ноосферная целостность, где продуцируются и добро и зло, иногда трудно отличимые или вовсе не отличимые друг от друга?

Сложнейшей проблемой для научного рассмотрения мне представляется формирование, точнее, воспроизводство стремительными темпами техногенной среды, безосновательно называемой иногда "техносферой" - по-существу, искусственных артефактов, чуждых биосфере, а во многом - и самому человеку. Техногенная составляющая - существенная часть ноосферной реальности. И проектирование новых искусственных артефактов, которые станут вскоре ближайшим будущим человека, должно быть под контролем общества и входить в приоритеты науки.

Но над всеми этими сложнейшими проблемами встает главнейшая ноосферная проблема - проблема человека. Мне кажется, что до сих пор актуальна  и долго еще будет востребована человечеством простая с виду мысль В.И. Вернадского о том, что человек живет в биосфере и он должен это глубоко осознать. Он не отделим от биосферы, от ”монолита Жизни” (термин В.И. Вернадского), от космического окружения биосферы, преломленного в ее структуре и функциях. Язык, мышление и разум человека формируются в мире биосферных (природных) образов, звуков, запахов, цвета и света. Вне биосферы человек жить не сможет.

В самой ноосферной концепции таится, помимо прочего, внутренняя опасность: при неглубоком биосферном подходе она как бы дает индульгенцию отрыва от биосферы, ее необязательности в построении оптимальных форм ноосферной реальности, иллюзию некоей “самодостаточности” ноосферы без биосферы.

К сожалению, во многих работах по биосферно-ноосферной проблематике, особенно философских, как показало ивановское двадцатилетие, крайне слабо и поверхностно представлена именно биосферная составляющая и связь с ней человека. Между тем, проблема развития совершенной личности человека в критических и близких к ним состояниях биосферы и самого человека как “критического существа”, разрушающего биосферу, научно даже не поставлена.

Подводя итоги минувшего двадцатилетнего этапа изучения ноосферной концепции, думается, можно сказать, что он сыграл свою историческую роль в привлечении новых сил, в постановке и попытках решения некоторых ноосферных проблем. На этом этап завершается, открывая дорогу качественно новому этапу более глубоких и более целенаправленных биосферно-ноосферных исследований. Мы не знаем, каким он будет, как долго продлится, какие трудности выпадет преодолевать. Хотелось бы надеяться, что силы будут потрачены не напрасно, как не напрасны были усилия энтузиастов из уходящего ивановского двадцатилетия.

 

ЛИТЕРАТУРА

1.   Вернадский В.И. Об осадочных перепонках. Декабрь 1884 г., г / ААН, ф. 518, оп. 1, д. 212, л. 43.

2.   Вернадский В.И. Очерки по истории современного научного мировоззрения (1902) // Избр. тр. по истории науки. М.: Наука, 1981. С. 32-185.

3.   Вернадский В.И. Начало и вечность жизни (1921). Пг.: Время, 1922. 58 с. (Избр. соч. Т. V. С. 120—142).

4.   Вернадский В.И. Живое вещество (1922). М.: Наука, 1978. 358 с.

5.   Вернадский В.И. Автотрофность человечества (1925) // Биогеохимические очерки. М.; Л.: Изд-во АН СССР. 1940. С. 25—46. (Химия и жизнь. 1970. № 8; Пробл.  биогеохим., 1980).

6.   Вернадский В.И. Биосфера. Л.: Науч. хим.-тех. изд-во, 1926. 147 с. (Избр. соч. Т. V. С. 7-102. Биосфера. 1967. 374 с. Биосфера. Мысли и наброски. 2001. 244 с.)

7.   Вернадский В.И. Мысли о современном значении истории знаний (1926). // Тр. Комиссии по истории знаний Акад. Наук, 1927. Вып. 1. Л.: Изд-во АН СССР, 1927. 17 с.

8.   Вернадский В.И. Автобиография. 1928. / ААН, ф. 518, oп. 2, д. 66.

9.   Вернадский В.И. Геохимическая энергия жизни в биосфере (1928) // Вернадский В. И. Биогеохимические очерки, 1940. С. 126-134. (Избр. соч. Т. V (Изд. 3). С. 228—237).

10.                     Вернадский В.И. Эволюция видов и живое вещество // Природа. 1928. № 3. С. 227-250. (Биогеохим. оч. 1940. С. 135-146. Избр. соч. Т. V (Изд. 4). С. 238-251; Природа. 1978. № 2).

11.                     Вернадский В.И. Изучение явлений жизни и новая физика (1929) // ИАН. 7-я сер. ОМЕН. 1931. № 3. С. 403-437. (Биогеохим. оч. 1940. С. 175-197; Проблемы биогеохим. 1980).

12.                     Вернадский В.И. Об условиях появления жизни на Земле (1930) // ИАН. 7-я сер. ОМЕН. 1931. № 5. С. 633-653. (Биогеохим. оч. 1940. С. 198-210. Избр. соч. Т. V (Изд. 3). С. 252-266).

13.                     Вернадский В.И. Начало жизни и эволюция видов (1930) // Биогеохимическпе очерки. 1922—1932 гг. М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1940. С. 169—174.

14.                     Вернадский В.И. О биогеохимическом изучении явлений жизни // ДАН. Сер. А. 1931. № 6. С. 137-140. (Биогеохим. оч. 1940. С. 211—213).

15.                     Вернадский В.И. Биогеохимические очерки (1922—1932). М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1940. 249 с.

16.                     Вернадский В.И. Проблемы биогеохимии. 3. О состояниях пространства в геологических явлениях Земли как планеты. На фоне роста науки XX столетия (1943) // Проблемы биогеохимии. М.: Наука, 1980. С. 85—164.

17.                     Вернадский В.И. Несколько слов о ноосфере (1943) // Успехи соврем. биологии. 1944. Т. 18. Вып. 2. С. 113—120.

18.                     Вернадский В.И. Химическое строение биосферы Земли и ее окружения (1944). М.: Наука, 1965. 374 с. (То же: М.: Наука, 1987. 339 с.).

19.                     Вернадский В.И. Пространство и время в неживой и живой природе // Разм. натур. кн. 1. М.: Наука, 1975. 173 с. (Философские мысли натуралиста. М.: Наука, 1988. С. 210-385)

20.                     Вернадский В.И. Научная мысль как планетное явление (1938) // Разм. натур, кн. 2. М.: Наука, 1977. 191 с. (Философские мысли натуралиста. М.: Наука, 1988. С. 20-209. М.: Наука, 1991. 271 с.).

21.                     Вернадский В.И. Проблемы биогеохимии. 6. Несколько слов о ноосфере // Проблемы биогеохимии. М.: Наука, 1980а. С. 212—222.

22.                     Вернадский В.И. Проблемы биогеохимии // Тр. биогеохимич. лаб. Т. 16. М.: Наука, 1980б. 320 с.

23.                     Вернадский В.И. Избранные труды по истории науки. Т. 1. М.: Наука, 1981. 387 с.

24.                     Вернадский В.И. (Хронология). / ААН, ф. 518, oп. 2, д. 30, 32.

25.                     Вернадский В.И. Живое вещество и биосфера / Отв. ред. акад. А.Л. Яншин. М.: Наука, 1994. 672 с. (Серия трудов академика В.И. Вернадского).

26.                     Вернадский В.И. Труды по философии естествознания / Отв. ред. чл.-корр. РАН К.В. Симаков, докт. геол.-мин. наук С.Н. Жидовинов, докт. философск. наук Ф.Т. Яншина. М.: Наука, 2000. 504 с. (Серия трудов академика В.И. Вернадского).

27.                     В.И. Вернадский и современность.  Гл. ред. акад. Б.С. Соколов, акад. А.Л. Яншин. Отв. ред. докт. биол. наук А.Г. Назаров. М.: Наука, 1986а. 232 с.

28.                     Гиляров М.С., Назаров А.Г., Смолин А.В. Биосфера // Биологический энциклопедический словарь. М.: Сов. энциклопедия, 1986. С. 69—70.

29.                     Иванов Вяч. Вс. Эволюция ноосферы и художественное творчество // Ноосфера и художественное творчество. М.: Наука, 1991. С. 3-37.

30.                     Камшилов М. М. Эволюция биосферы. М.: Наука, 1974. 256 с.

31.                     Мочалов И.И. В.И. Вернадский—человек и мыслитель. М.: Наука, 1970. 175 с.

32.                     Мочалов И.И. Биокосмические воззрения В.И. Вернадского // Вестн. АН СССР. 1979. № 11.

33.                     Мочалов И.И. Владимир Иванович Вернадский. М.: Наука, 1982. 487 с.

34.                     Назаров А.Г.  Международная конференция: К 100-летнему юбилею со дня рождения В.И. Вернадского // Геолог Северного Кавказа. Ессентуки, 1963. 1 апреля.

35.                     Назаров А.Г.  Биосфера-оболочка нашей планеты // Земля и Вселенная, 1974. № 4. С. 56-62.

36.                     Назаров А.Г.  О принципе историзма в познании экосистем биосферы // Экология и земледелие. М.: Наука, 1978. С. 40-43.

37.                     Назаров А.Г.  Ноосферная концепция как основа научного управления // В.И. Вернадский и современность. — М.: Наука, 1986. С. 40-66.

38.                     Назаров А.Г.  К понятию организованности ноосферы // Кибернетика и ноосфера.—М.: Наука, 1986. С. 36-51.

39.                     Назаров А.Г., Кардаков Н.А. Ноосферный комплекс СССР-новый объект научного управления // Учение В. И. Вернадского о переходе биосферы в ноосферу, его философское и общенаучное значение.—М.: Философск. об-во СССР, 1991. С. 200-221.

40.                     Назаров А.Г К истории возникновения термина и понятия “ноосфера” // Институт истории естествознания и техники им. С. И. Вавилова РАН. Годичная научная конференция. 2000.—М.: ИИЕТ РАН, 2000. С. 228-229.

41.                     Назаров А.Г.  Понятие ноосферной реальности // Науковедение, 2000. № 2. С. 118-131.

42.                     Назаров А.Г.  “У мысли нет орудья измерить глубину...” // Науковедение, 2000. № 4. С. 207-221.

43.                     Назаров А.Г.  Экология, экопсихология, ноосферная реальность: мир образов и мир идей  // Экология и развитие личности. Ступино, 2001. С. 26-103.

44.                     Назаров А.Г.  Вернадский и ноосферная реальность (к анализу научных основанний ноосферной концепции) // Научное наследие В.И. Вернадского в контексте глобальных проблем цивилизации. М.: Изд. Дом "Ноосфера", 2001. С. 29-50.

45.                     Назаров А.Г.  В поисках ноосферной реальности // Ноосфера. 2001. №  11. С. 13-15.

46.                     Назаров А.Г.  На земле двух гениев (беглые заметки о Третьей Вернадовской конференции) // Ноосфера. 2001. № 12. С. 14-17.

47.                     Назаров А.Г. Творчество В.И. Вернадского и музыка С.В. Рахманинова: на пути к единству человечества // Учение Вернадского, музыка Рахманинова—путь в XXI век. Третья Вернадовская научн.-практ. конф. Тезисы докладов и выступлений. Тамбов: 2001. С. 11-15.

48.                     Назаров А.Г. Ноосферная реальность и ноосферное образование // Ноосферное образование в России (Материалы межгосударственной научно-практической конференции, Иваново, 3-5 октября 2001 г.) Часть 1. — Иваново, 2001. С. 32-51.

49.                     Назаров А.Г. Учение В.И. Вернадского о биосфере-ноосфере как фундаментальная научная основа планетарной экологической безопасности // Институт истории естествознания и техники им. С.И. Вавилова РАН. Годичная научная конференция. 2002.—М.: ИИЕТ РАН, 2002. С. 476-479.

50.                     Назаров А.Г. Учение В.И. Вернадского — основа современного научного мировоззрения // В.И. Вернадский: ноосферология и образование (Материалы международной научно-практической конференции, 21-22 мая 2002 г., г. Тамбов). М.: Изд. Дом "Ноосфера", 2002. С. 5-19.

51.                     Назаров А.Г. Вернадский и ноосферная реальность // На пути к устойчивому развитию России. М.: Изд. Дом "Ноосфера", 2002. С. 59-71.

52.                     Назаров А.Г. Космологический принцип единства жизни и природы в творчестве В.И. Вернадского // "В.И. Вернадский и современность". Материалы торжественного заседания, посвященного 140-летию со дня рождения академика В.И Вернадского (г. Москва, 12 марта 2003 г.). М.: Издательский дом "Ноосфера", 2003. С. 150-172.

53.                     Назаров А.Г. Контуры и вехи неизвестного учения В.И. Вернадского // Ноосфера. 2003. № 16. С. 51-57.

54.                     Назаров А.Г. Комментарий по прочтении рукописи (В.И. Вернадский. Выявление и современное состояние основных геологических идей) // Вестник Российской академии естественных наук. Развитие научных идей В.И. Вернадского / Тематический номер. 140 лет со дня рождения В.И. Вернадского. 2003. Том 3. № 1. С. 20-21.

55.                     Назаров А.Г. Проблемы эволюции в произведениях В.И. Вернадского // Вестник РАЕН. 2003. Том 3. № 1. С. 25-34.

56.                     Назаров А.Г. Изучение творчества В.И. Вернадского в Отделении "Проблемы изучения биосферы" РАЕН // Вестник РАЕН. 2003. Том 3. № 1. С. 85-86.

57.                     Ноосферные исследования. Ивановозд-во "Ивановский государственный университет". 2002. Вып.1. —158 с.

58.                     Ноосферные исследования. Иваново. Изд-во "Ивановский государственный университет". 2002. Вып.2. — 177 с.

59.                     Пришвин М.М. Собр. соч.: В 8 т. М., 1982-1986. Т. 8.  С. 17-22.

60.                     Смирнов Г.С. Ноосферное сознание и ноосферная реальность. Иваново: 1998. 243 с.

61.                     Сорокина М.Ю. Вернадский в Париже, или о чем академик говорил с Анри Бергсоном // В.И. Вернадский и современность. Материалы торжественного заседания, посвященного 140-летию со дня рождения академика В.И Вернадского (г. Москва, 12 марта 2003 г.). М.: Издательский дом "Ноосфера", 2003. С. 211-220.

62.                     Шугрин С.М. Космическая организованность биосферы и ноосферы / Отв. ред. чл.-корр. РАН А.В. Каныгин. Новосибирск.: Наука, 1999. 496 с.

63.                     Экология и развитие личности. Гл. ред. доктор биол. наук, акад. Рос. академии естеств. наук А.Г. Назаров. Колл. авт. Ступино, 2001. 335 с.

64.                     Яншин А.Л. Методологическое значение учения В.И. Вернадского о биосфере и преобразовании ее в ноосферу // Методология науки и научный прогресс. Новосибирск.: СО изд-ва "Наука", 1981. С. 194-204.

65.                     Яншина Ф.Т. и др. Владимир Иванович Вернадский. (Материалы к библиографии ученых). Сер. геол. наук. 1992. Вып. 44. 241 с.

66.                     Яншина Ф.Т. Эволюция взглядов В.И. Вернадского на биосферу и развитие учения о ноосфере. М.: Наука, 1996. 222 с.



[1] Доклад на конференции "УЧЕНИЕ В. И. ВЕРНАДСКОГО О ПЕРЕХОДЕ БИОСФЕРЫ В НООСФЕРУ И РЕАЛИИ ТРЕТЬЕГО ТЫСЯЧЕЛЕТИЯ",  20 мая 2003 г.